Мы продолжаем изучение Торы и переходим к рассмотрению второй книги Библии – Книги Исход. Древнейшие из известных в настоящее время списков данной книги найдены в пещерах Кумрана на берегу Мертвого моря и относятся к периоду II в. до н. э. – I в. н. э.: это 15 целиком или фрагментарно уцелевших свитков.

Русское название Книги Исход – буквальный перевод соответствующего названия в Септуагинте, где она носит имя Εξοδος ‹Эксо́дос›. иерусалимские книжники, которые, согласно преданию, в III в. до н. э. перевели библейские книги на греческий язык, старались передать основное содержание каждой книги в ее названии. На древнееврейском же языке эта книга называется שמות ‹Шемо́т› – «Имена», так как согласно масоретской традиции каждая книга Торы именуется по ее первым словам. «И вот имена», ואלה שמות ‹Вэ-э́ле шемо́т›,– так начинается Книга Исход.

Книга Исход начинается таким стихом: Вот имена сынов Израилевых, которые вошли в Египет с Иаковом, вошли каждый с домом своим… (Исх. 1, 1)

Почему же в начале книги дается перечисление тех самых имен, которые уже неоднократно приводились в Книге Бытия? Дело в том, что имя в Библии очень тесно соединено с сущностью человека. Изменение имени связано с некими важными изменениями в самой судьбе человека. Если Бог нарекает человека иначе, чем раньше, вставляет какие-то новые буквы в его имя, то человек получает дополнительные силы или обретает новые возможности. Если же человек сам изменяет свое прежнее имя, значит, он стремится к переменам в своей жизни, в характере, в отношениях с окружающими. Так, принятие иноязычного имени израильтянином, живущим в среде другого народа, указывало бы на его стремление в чем-то слиться с окружающим населением или даже совсем в нем раствориться. Потомки Иакова могли бы, прожив столь долгий срок в Египте, принять египетские имена, но этого не произошло. Они остались во многом верны Богу и не впали полностью в египетское идолопоклонство, на что указывают их имена, при исходе оставшиеся такими же, как и при переселении в Египет.

кроме имен, они сохранили священный язык – ведь имена детям давались на еврейском языке. Например, когда родился Моисей, мать назвала его Моисеем – משה ‹Моше́›, «…потому что, говорила она, я из воды вынула его» (Исх. 2, 10). Имя «Моше» образовано от древнееврейского глагола «извлекать»; уже из этого ясно видно, что язык отцов сохранялся как живая разговорная речь, с четким осознанием словообразования и этимологии. Наконец, сыны Израиля сохранили верность завету Бога с Авраамом и знак этого завета – обрезание. Ибо в рассказе об исходе говорится: …Весь же вышедший народ был обрезан… (Иис. Н. 5, 5)

…А сыны Израилевы расплодились и размножились, и возросли и усилились чрезвычайно, и наполнилась ими земля та. (Исх. 1, 7) Здесь сказано только о физическом росте, о преуспевании материальном. Ни о чем духовном – ни слова.

Следующие стихи говорят: И восстал в Египте новый царь, который не знал Иосифа, И сказал народу своему: вот народ сынов Израилевых многочислен и сильнее нас… (Исх. 1, 8–9)

Писание говорит о «новом царе», который «не знал Иосифа». Библейский глагол ידע ‹йада́›, «знать», указывает на тесное внутреннее единение между познающим субъектом и познаваемым объектом. Поэтому в данном случае слова «не знал» могут означать «не хотел помнить», так как «не знать» об Иосифе в буквальном смысле было для фараона невозможно: египетские архивы, несомненно, содержали о нем и о его деятельности на благо Египту точные сведения. любой фараон был весьма знающим человеком, принадлежащим к жреческому сословию и посвященным во все тайны истории Египта, а уж тем более в события, произошедшие сравнительно с древностью этой страны достаточно недавно.

И вот восшедший на престол царь обращается к египтянам, предлагая им новую «программу действий» по отношению к поселенцам-израильтянам: …И сказал народу своему: вот народ сынов Израилевых многочислен и сильнее нас… (Исх. 1, 9)

Прежде чем читать дальше, вспомним, для чего пришел Иосиф в Египет. В 104-м псалме говорится, что фараон возвысил Иосифа, …Чтобы он наставлял вельмож его по своей душе и старейшин его учил мудрости. (Пс. 104, 22) Иначе говоря, миссия Иосифа и всех его родственников состояла в просвещении Египта истинной верой.

Далее фараон говорит: …Перехитрим же его, чтобы он не размножался; иначе, когда случится война, соединится и он с нашими неприятелями, и вооружится против нас, и выйдет из земли нашей. (Исх. 1, 10)

«перехитрить» (буквально – «проявим мудрость» их, от древнееврейского корня חכם ‹хаха́м› – «быть мудрым»).

…Далее речь «нового царя» (Исх. 1, 8), обращенная к его подданным, звучит так: …Соединится и он с нашими неприятелями, и вооружится против нас, и выйдет из земли нашей. И поставили над ним начальников работ, чтобы изнуряли его тяжкими работами. И он построил фараону Пифом и Раамсес, города для запасов. (Исх. 1, 10–11)

Мы знаем, что будущее состояние сынов Израилевых предсказано еще Аврааму: И сказал Господь Авраму: знай, что потомки твои будут пришельцами в земле не своей, и поработят их, и будут угнетать их четыреста лет, но Я произведу суд над народом, у которого они будут в порабощении; после сего они выйдут с большим имуществом…(Быт. 15, 13–14)

Слово Божье исполнилось точно. Обратим внимание на порядок действий, описанных в предсказании: сначала сказано «поработят», а потом уже – «будут угнетать». Казалось бы, когда порабощают, то обычно сразу начинают угнетать, но здесь именно такая очередность действий.

 И поставили над ним начальников работ, чтобы изнуряли его тяжкими работами…(Исх. 1, 11)

Таким образом, работы были не целью, а средством. Обычно, когда ведется какое-либо огромное строительство, то сохраняют жизнь и здоровье работников, пекутся об их благе. Когда же целью является уничтожение населения, а работы становятся чем-то второстепенным, то все происходит точно так, как описано в Книге Исход: намеренно создаются условия для изнурения и гибели людей. Так что Древний Египет был, по-видимому, первой страной своего рода концлагерей, и скопища бесправных рабов возводили гигантские строения буквально на своих костях. А строили они, как написано, «города для запасов». Вероятно, в памяти фараона были свежи предсказания Иосифа и следы его деятельности: ведь в дни его правления тоже строили города для запасов и собирали в них хлеб, чтобы уцелели египтяне в семилетье голода. И, как ни удивительно, все это механически продолжалось в годы фараона-угнетателя, хотя тяжкий голод и не предвиделся. От великой идеи остался лишь лозунг, который использовался теперь только для уничтожения людей…

Мы помним еще со школьной скамьи из уроков истории Древнего мира, как египтяне обращались с рабами: рабы получали самую минимальную порцию пищи, надсмотрщики подгоняли их кожаными бичами, их заставляли переносить огромные каменные глыбы и плиты, и погибали они при такой работе в огромном количестве. Каждый фараон, вступая на престол, считал, что главное в его деятельности – обеспечить собственное загробное блаженство. Для этого нужно было создать огромную, снабженную всем, что «может понадобиться» в посмертном бытии, пирамиду, чтобы в ней покоилось мумифицированное тело, заключенное в саркофаг.

Каждый фараон, едва вступив на престол, начинал возведение пирамиды. Считалось, что жизнь фараона бесконечно драгоценнее жизней всех его подданных вместе взятых, а о чужеземцах и говорить нечего. Согласно преданию, израильтяне строили не только города для запасов, но и пирамиды для фараона и его вельмож, храмы, дворцы и иные здания. В Книге Исход названы только «Пифом и Раамсес, города для запасов». Во всяком случае египетские памятники сохранили много сведений о рабах семитского происхождения, очевидно, израильтянах, которые занимались строительством. Например, фигуры рабов разной этнической принадлежности различаются на цветных фресках: египтяне обычно изображаются красноватыми, африканцы-негроиды – черными, а израильтяне – белыми. Таким образом, памятники древнеегипетского искусства еще раз подтверждают правдивость всего того, о чем мы читаем в Библии.

Следует подчеркнуть еще один аспект неправомочности действий фараона по отношению к израильтянам. Сыны Израиля не были взяты в плен во время войны, они на протяжении долгого времени были мирными соседями египтян, их согражданами, разводившими скот и приносившими тем самым большую пользу стране. И поэтому их порабощение и лишение элементарных прав – факт вопиющий, даже с точки зрения морали того времени.

Но чем более изнуряли его, тем более он умножался и тем более возрастал… (Исх. 1, 12)

Это стало возможно только благодаря содействию Божьей силы. Цель, поставленная фараоном, т. е. уменьшение численности народа, его физическое ослабление при строительстве, дабы он не превозмог египтян и не стал сильнее, по воле Всевышнего не осуществилась: народ все болееумножался. Благословение Господне, с самого начала сопровождавшее народ Израиля в Египте, содействовало бы просвещению всего Египта, если бы потомки патриархов оставались верны своей миссии. Однако, несмотря на духовное падение израильтян, благословение не исчезало – оно пребывало, будучи обетовано праотцам народа Самим Создателем.

…Так что опасались сынов Израилевых.   И потому египтяне с жестокостью принуждали сынов Израилевых к работам… (Исх. 1, 12–13)

Обратим внимание: здесь сказано מצרים ‹мицра́им› – «египтяне», т. е. весь народ. Ответствен ли народ в целом за жестокости фараона? Очень сложный вопрос, который имеет непреходящее значение: ответственно ли, допустим, большинство взрослых, сознательных жителей Германии 30–40-х годов XX века за ужасы нацизма? В Книге Исход вполне определенно говорится, что египтяне с жестокостью принуждали израильтян к работам; не сказано «надсмотрщики» и не сказано «специально поставленные слуги», но египтяне в целом. Иначе говоря, совершенно ясно, что весь народ одобрял политику фараона. Хотя фараон был прекрасно осведомлен о заслугах своих подданных-израильтян, ему теперь стало выгодным идеологически обосновать жестокое обращение с ними.

…И делали жизнь их горькою от тяжкой работы над глиною и кирпичами и от всякой работы полевой, от всякой работы, к которой принуждали их с жестокостью. (Исх. 1, 14)

Подчеркнуто дважды – в 13-м и 14-м стихах: «с жестокостью принуждали». Можно по-разному обращаться с рабами – более или менее справедливо либо жестоко. Можно требовать, чтобы они выполняли заданную работу, и затем давать им отдых, а можно и безнаказанно издеваться над ними во всякое время. Исходя из этого, мы начинаем понимать, почему Египет был впоследствии, перед исходом израильтян, так страшно наказан Господом: ведь практически все его население участвовало в издевательствах над беспомощными людьми, участвовало в жестоком принуждении их к тяжелой работе, и никто не осуждал такое обращение с бывшими соседями; сказано емко и ясно: «делали жизнь их горькою».

Однако этого было мало: поскольку царь египетский, по-видимому, инстинктивно чувствовал, что некое благословение, для него непонятное, нисходит на народ Израиля и не дает ему исчезнуть или хотя бы уменьшиться численно, то он и решил перейти к прямому истреблению всех новорожденных мальчиков у израильтян. Поэтому далее говорится:

Царь египетский повелел повивальным бабкам евреянок, из коих одной имя Шифра, а другой Фуа, И сказал: когда вы будете повивать у евреянок, то наблюдайте при родах: если будет сын, то умерщвляйте его, а если дочь, то пусть живет.(Исх. 1, 15–16)

Как мы знаем, сынов Израилевых в Египте было достаточно много: при исходе страну покинуло свыше 600 тысяч только здоровых мужчин от двадцати лет и выше, способных к войне, не считая левитов (Числ. 1, 45–47); общее число израильтян в Египте, по подсчетам историков, составляло примерно три миллиона…

Почему же он повелел убивать мальчиков и оставлять в живых девочек? Красота женщин «ретену» (египетское название жителей Передней Азии) ценилась в Египте, и одновременно с истреблением или сильным сокращением мужской части израильского населения фараон мог проводить политику ассимиляции женщин-израильтянок среди египтян.

Параллель этому событию мы видим в Новом Завете. когда знаменитые волхвы пришли в Иерусалим, то Ирод узнал от них, что царь Иудейский родился. И тогда понял Ирод, что он находится как бы в положении фараона: как благополучию фараона или его потомства грозило появление на свет Моисея, так и процветанию Иродовой династии грозит рождение царственного младенца – Мессии, которого именно поэтому Ирод и стремился убить.

Но повивальные бабки боялись Бога и не делали так, как говорил им царь египетский, и оставляли детей в живых. (Исх. 1, 17)

Отсюда мы можем заключить, что в израильском народе существовало благочестие, были люди, которые боялись Бога, в определенных семьях еще сохранялось Богопочитание.

Царь египетский призвал повивальных бабок и сказал им: для чего вы делаете такое дело, что оставляете детей в живых? (Исх. 1,18)

Мы можем представить себе, как они испугались фараона, властного над жизнью и смертью своих подданных, которого в Египте почитали живым богом, сыном солнечного божества Амона-Ра. Им было страшно услышать из уст безжалостного тирана грозный вопрос о том, почему его воля не выполняется. В тот момент Бог испытал повивальных бабок: испугаются ли они фараона или будут тверды в своей богобоязненности. Что же услышал фараон?

Повивальные бабки сказали фараону: еврейские женщины не так, как египетские; они здоровы, ибо прежде нежели придет к ним повивальная бабка, они уже рождают. (Исх. 1, 19)

Фараона, по-видимому, удовлетворил такой мудрый ответ, внушенный верой. Бабки-акушерки сослались на разницу в физическом развитии двух народов, изобразив израильтян как очень здоровое племя скотоводов, не изнеженное городской цивилизацией и сохранившее естественную физическую выносливость. И за то, что своей верой и мудростью спасли множество жизней, они получили обильную награду свыше, о которой Писание говорит лаконично, но многозначительно:

За сие Бог делал добро повивальным бабкам, а народ умножался и весьма усиливался. И так как повивальные бабки боялись Бога, то Он устроял домы их.(Исх. 1, 20–21)

Из приведенных стихов, во-первых, следует, что бабки-акушерки получили награду («добро») в своей собственной жизни и, во-вторых, что их праведность принесла благословение потомкам («домам» их).

Однако злодеяния фараона не могли быть остановлены скрытым сопротивлением повивальных бабок. Он решил сделать соучастниками своего преступления теперь уже всех египтян: Тогда фараон всему народу своему повелел, говоря: всякого новорожденного у евреев сына бросайте в реку, а всякую дочь оставляйте в живых. (Исх. 1, 22)

Представим себе подобную ситуацию: египтянам становится известно, что в каком-то из еврейских домов есть беременная женщина. После этого в ее хижину в любой момент могут ворваться соседи-египтяне, живущие в гораздо более благоустроенных домах. Они могут ограбить рабов-евреев (хотя, собственно, отнимать-то у них было уже нечего – разве что скудное дневное пропитание), избить их и, наконец, убить, особенно после того, как фараон издал свой приказ о младенцах. Таким образом, Бог испытывал народ египетский: станут ли египтяне охотно выполнять приказ фараона или воспротивятся ему, хотя бы тайно? Ведь они получили возможность открыто проявлять жестокость, агрессивность, страсть к наживе…

Тот, кто говорит, что Бог слишком жестоко наказал Египет, наслав на него десять казней, пытается проигнорировать причинно-следственную связь событий. Ясно, что казни – прямое воздаяние за все зло, сделанное египтянами. Это проявление того духовного закона, который так четко изложил Йешуа в Нагорной проповеди: …Какою мерою мерите, такою же отмерится и вам. (Лук. 6,38)