6 глава недельного чтения содержит знаменитое ШМА Слушай, Израиль…, своего рода символ веры. Это краткое изложение основ Монотеизма сопровождается призывом любить Господа, а предваряется предписанием о страхе пред Ним:

…Дабы ты боялся Господа, Бога твоего, и все установления Его и заповеди Его, которые заповедую тебе, соблюдал ты, и сыны твои, и сыны сынов твоих во все дни жизни твоей, дабы продлились дни твои. (Втор. 6, 2)

Глагол ירא ‹йарэ́› означает не только «бояться», но и благоговеть. Используется этот глагол и применительно к родителям (Лев. 19, 3), и применительно к заповеди (Прит. 13, 13). Благоговейный страх перед Богом должен предшествовать всякой мысли о Нем, каждому обращению к Нему. И чем более освящается (становится святым, т. е. «отделенным» для Бога) человек, тем более возрастает в нем страх Божий: Бойтесь Господа, святые Его, ибо нет скудости у боящихся Его. (Пс. 33, 10)

Напомнив о страхе перед Богом и вновь призвав к послушанию Торе (ст. 3), Моисей произносит:

Слушай, Израиль: Господь – Бог наш, Господь – един; И люби Господа, Бога твоего, всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всеми силами твоими. (Втор. 6, 4–5)

В этих словах – суть Торы, всех заповедей, всей воли Всевышнего.

Однажды книжник спросил, какая из всех заповедей первая (имеется в виду – главная). Йешуа ответил:

Первая из всех заповедей: слушай, Израиль! Господь, Бог наш, есть Господь единый; И возлюби Господа, Бога твоего, всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостью твоею, – вот первая заповедь! Вторая, подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя. Иной, большей этих, заповеди нет. (Марк. 12, 29–31)

Отсюда видно, что любовь к ближнему прямо вытекает из любви к Богу, составляя с ней единое целое. Достижение любви одновременно к Богу и ближнему является целью всех заповедей.

Сущность любви к Богу выражена в шести (в оригинале) словах символа веры:

Слушай, Израиль: Господь – Бог наш, Господь – един…

Первые два слова – Слушай, Израиль (שמע ישראל ‹Шэма́ Йисраэ́ль›) призывают услышать, сосредоточиться на великой заповеди Всевышнего.

Следующие два (в переводе – три) слова призывают осознать, что Вечносущий имеет ближайшее отношение к нам, людям: Он – Бог наш. Да, всемогущий и непостижимый Бог – Творец вселенной, в то же время является нашим личным Богом.

Слово אחד ‹эха́д›, «един», может означать как единство, так и объединение. Очень чётко это можно увидеть в книге Иезекииля 37, 17 И сложи их у себя один с другим в один жезл, чтобы они в руке твоей были одно.

Две буквы в стихе Слушай, Израиль…, а именно ע ‹а́йин› в слове שמע ‹шэма́› («слушай») и ד ‹да́лет› в слове אחד‹эха́д› («един») пишутся большего размера, чем обычно (подобно букве ב‹бейт›, с которой начинается Книга Бытия). Вместе эти две увеличенные буквы образуют слово עד ‹эд› – свидетель. Стих, содержащий Слушай, Израиль…,– как бы свидетель, возвещающий всему миру единство Божье. Поэтому мы призваны минимум дважды в день провозглашать единство Господа, повторяя стих Слушай, Израиль… («говорить ложась и вставая», т. е. утром и вечером – ст. 7).

…Вы Мои свидетели. Есть ли Бог кроме Меня? Нет другой твердыни, никакой не знаю. (Ис.44, 8)

Стих Слушай, Израиль… сопровождается заповедью о всецелой любви к Богу. Смысл заповеди – в постепенном воспитании сердца (ума), души (чувств) и всех человеческих сил (способностей) в духе любви к Создателю, пока они наконец не проникнутся всецело этой любовью.

…И люби Господа, Бога твоего, всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всеми силами твоими. (Втор. 6, 5)

Сначала сказано – всем сердцем (напомню, что сердце в Библии – орган мышления: Ос. 7, 2; Марк. 2, 6): мысль о необходимости быть благодарным Богу и любить Его приходит прежде, чем возникает само ответное чувство к Богу.

Только после того, как мысль о любви к Нему целиком завладеет сердцем (умом), она нисходит на уровень души (эмоций). Тогда человек уже способен возлюбить Бога всею душою, т. е. подчинить свои чувства Его воле. Ибо сладость присутствия Его, «вкушаемая» (т. е. чувственно воспринимаемая) человеком, несравненно превосходит всякую другую радость:

Вкусите – и увидите, как благ Господь! Блажен человек, который уповает на Него! (Пс. 33, 9)

В этой сладости общения с Богом человек черпает силы для отказа от «вкушения» иных, беззаконных, наслаждений:

…Не дай уклониться сердцу моему к словам лукавым для извинения дел греховных вместе с людьми, делающими беззаконие, и да не вкушу я от сластей их. (Пс. 140, 4)

А с душевно-чувственной ступени любовь к Богу нисходит и на уровень физический: появляется способность любить Его и служить Ему «всеми силами» – даже, казалось бы, превосходя собственные возможности. Недаром употребленное здесь слово מאד‹мэо́д› означает одновременно и «сила», и «весьма», «в высшей степени». То есть – «на взлете всех способностей и сил».

Однако такая любовь, объединяющая в едином порыве и ум, и чувства, и силы, не может быть достигнута без помощи свыше. На определенном этапе Бог Сам выходит навстречу тем, кто Его любит и ищет,– и Святой Дух, поселяясь в их сердцах, доводит любовь до совершенства. Апостол сказал: …Любовь Божия излилась в сердца наши Духом Святым, данным нам. (Римл. 5, 5)

Об этом и просил Йешуа, обращаясь к Отцу:

И я открыл им имя Твое, и открою, да любовь, которою Ты возлюбил меня, в них будет, и я в них. (Иоан. 17, 26)

…Закончив наставление о всецелой любви к Богу, Моисей продолжает:

И да будут слова сии, которые я заповедую тебе сегодня, в сердце твоем… (Втор. 6,6)

Которые я заповедую тебе сегодня…

Слова Божьи надо воспринимать так, словно бы они были впервые услышаны нами «сегодня». А для этого сам человек призван постоянно «обновляться в познании по образу Создавшего его» (Кол. 3, 10).

В сердце твоем… Эти слова надлежит всегда «держать в сердце», чтобы с ними соотносить все мысли, речи и дела – пока, наконец, они не будут высечены Духом на плотяных скрижалях сердца (II Кор. 3, 3), после чего уже ничто не сможет заставить их забыть. Но в приведенном содержится и иной смысл: על־לבבך ‹аль-левавэ́ха› буквально означает над сердцем. Слова Божьи должны стать для нас превыше собственных мыслей, мнений и воззрений. Только тогда они смогут воцариться над всей нашей жизнью.

…И внушай их детям твоим, и говори о них, сидя в доме твоем, и идя дорогою, и ложась, и вставая… (Втор. 6, 7)

Повеление שננתם ‹шинанта́м›, переведенное как «внушай их», может восходить к одному из двух корней: שנה‹шана́› – «повторять», «изменять», «многообразно излагать» или שנן ‹шана́н› – «внушать», «делать острым». В первом случае смысл в том, что детям надо внушать слова Божьи часто («повторять»), но при этом разнообразно («изменять»), приспосабливаясь к восприятию и обстановке. Внушая слова Божьи, нужно «заострять» на них внимание, делать их яркими, интересными – и благодаря этому незабываемыми для детей.

Ясно, что данное повеление несовместимо с тем занудным «преподаванием», которое уже стольких отвратило от источника воды живой…

Сидя в доме твоем и идя дорогою

… Это – кратчайшая, но исчерпывающая характеристика всех мест, в которых только и может пребывать человек. Он находится либо в своем доме, либо вне его.

И ложась, и вставая…

Этими словами описаны, по сути, все состояния, в которых оказывается человек (буквально можно поразмышлять об утренней и вечерней молитве).

В первом псалме сказано:

…В Законе Господа воля его, и о Законе Его размышляет он день и ночь!

Таким образом, дома и в пути, днем и ночью – везде и всегда надо стараться хранить слова Господни в сердце и говорить о них. Поступающий так имеет высшую награду – всегда видит пред собою Господа.

…И навяжи их в знак на руку твою, и да будут они повязкою над глазами твоими… (Втор.6, 8)

Буквально исполняя это предписание, ортодоксальные иудеи надевают по будням во время утренней молитвы тефиллин (греч. «филактерии») – закрытые коробочки с написанными внутри них словами Торы, которые прикрепляются ремешками к передней части головы и к левой руке.

Однако тефиллин носят не всегда, в то время как приведенный стих требует постоянно помнить слова Божьи. Поэтому очень важно духовное исполнение этой заповеди: слова Господни должны постоянно находиться «между» (בין ‹бэйн›) глазами нашими (в Синодальном переводе – «над глазами»), т. е. в мыслях – как бы «предначертанные» нашему духовному взору. Кроме того, они должны проявляться в наших делах (навязаны в знак на руку), поскольку рука – символ деяния.

Далее Моисей говорит:

…И напиши их на косяках дома твоего и на воротах твоих. (Втор. 6, 9)

Существует традиция буквального понимания и этого предписания: маленький свиток со словами из Торы, помещенный в футляр и называемый мезуза, прибивается к косяку дверей или ворот справа от входящего.

Двери и ворота символизируют любое «вхождение» и выхождение. Духовный смысл предписания заключается в том, что к Богу надо обращаться, начиная и оканчивая всякое дело: начиная – с просьбой о помощи, а оканчивая – с благодарением. Тогда и сбудется сказанное псалмопевцем:

Господь сохранит тебя от всякого зла; сохранит душу твою Господь. Господь будет охранять выхождение твое и вхождение твое отныне и вовек. (Пс. 120,7–8)