Письмо Константина Великого

Каждая религия порождает свою культуру. Христианству, открестившись от иудаизма, было крайне важно избавиться от всего, что связывало его с "иудейским прошлым". Молодая религия нуждалась в своем календаре, своих праздниках, своих героях, своих мудрецах. Она нуждалась в богословии, которое бы навсегда провело разграничительную черту между еврейством и христианством. В вопросах отношения к Израилю, Торе и "Ветхому Завету" современное христианство во многом основано на богословии, возникшем множество столетий назад. Со времен Отцов Церкви в этой области было сказано не так уж и много нового. Нам часто бывает нужно понять, почему наша община или церковь верит в то, во что она верит. Как мы к этому пришли? Кто впервые заявил об этом? Какую реакцию это вызвало? Кто был не согласен? В таких вещах нам помогает история. Мы предлагаем вашему вниманию документ, который может помочь нам пролить свет на указанный вопрос. Это письмо императора Константина, называемого "Равноапостольным", обращенное к церквям. Оно было написано после I-го Никейского Вселенского Собора, на котором было принято решение относительно даты празднования христианской Пасхи. Этот Собор не был, как полагают некоторые, лишь рядовым очередным совещанием епископов, собравшихся для решения текущих вопросов. Этот Собор знаменовал собой особую веху в церковной истории. Читая историческую литературу, об этом соборе чаще всего можно узнать лишь то, что он осудил ересь Ария. Но произошло на нем не только это. Кроме осуждения ереси Ария Никейский Собор раз и навсегда установил принципы, согласно которым должно строиться отношение христианства к Израилю и еврейскому народу. Как пишет Даниил Грубер в своей книге "Церковь и иудеи", по которой мы и цитируем этот документ, "В данном письме Константин официально утверждает антииудейскую платформу для церковных доктрин и практики, и объявляет презрение к иудеям и отмежевание от них единственно верным христианским отношением". Церковь подчинилась светской власти, потеряла свет, утратила спасительную силу, угасила пророческих дух. Она более не давала людям жизни. Церковь превратилась в убийцу, уничтожив в последствии миллионы людей. Из гонимой она превратилась в гонителя. Безусловно, христианство шло к этому долго, но Никейский Собор поставил губительную точку. После него начался новый период кровавой и страшной истории христианства. Сегодня мы пытаемся откреститься от этой истории, мы хотим, чтобы нас не отождествляли в этой "Церковью". Но мы продолжаем верить в то, во что верили епископы Никейского Собора. И для нас крайне важно разобраться в том, как возникли наши доктрины.

В чем была суть пасхального противоречия? Как видно из Писания, Йешуа и Его шлихим (апостолы) праздновали библейские праздники по библейскому календарю. Подвергнуть сомнению этот факт весьма сложно. Данный календарь был дан еврейскому народу самим Всевышним. Для рава Шаула (Павла) праздники Шавуот и Йом Киппур были четко установленными датами, как это видно из книги Деяний (20:16, 27:9), и он придерживался еврейского календаря. Первые христианские общины придерживались этой традиции достаточно долго, однако к концу второго столетия многие церкви на Западе, состоявшие, в основном, из язычников, стали праздновать Пасху так, чтобы она всегда выпадала на воскресенье, независимо от библейского календаря. Многие из епископов Азии противились такому грубому отступлению от Писания и апостольской традиции. Но антисемитские тенденции набирали устрашающие обороты, и христианам казалось весьма унизительным следовать "иудейским обычаям", даже несмотря на то, что он установлен в Писании. Посему Никейский Собор постановил отказаться от истины Писания, отвергнуть библейский календарь и принять языческий римский. Вплоть до сегодняшнего времени практически все христианство следует постановлению этого Собора. Далее приводим текст послания Константина без изменений и комментариев. Вывод делать вам.

Августейший Константин Церквям.

Вкусив величие божественной благости в процветающем состоянии общественных дел, я почёл своим долгом приложить усилия к тому, чтобы счастливое множество Вселенской Церкви сохранило единую веру, объединилось в неподдельной и искренней любви и гармонично соединилось в своей преданности Всемогущему Богу. Но сие может быть достигнуто с твёрдостью и уверенностью не иначе как путём проверки, с этой самой целью, всего что касается нашей святейшей религии, всеми епископами, или, по крайней мере, большей их частью, собранными вместе. Итак, созвав возможно большее их количество и присутствуя сам, я был одним из вас, (и не могу отрицать, что весьма радуюсь возможности быть вашим служителем), всё проверялось, покуда на свет не явилось единодушное мнение, угодное Богу, видящему всё, дабы не оставалось никаких предлогов для разногласий и противоречий касательно веры.

Когда встал вопрос о святейшем дне Пасхи, при всеобщем согласии было признано целесообразным, чтобы праздник этот отмечался всеми в один и тот же день повсюду. Ибо что может быть более приличным, более почтенным и подобающим, нежели празднование этого праздника, от которого мы получаем надежду на бессмертие, всеми и повсюду в одинаковом порядке и по определённому правилу. И поистине, прежде всего, всем показалось чрезвычайно недостойным то обстоятельство, что в праздновании этого святейшего торжества мы должны придерживаться обычая иудеев, которые, о скверные негодяи! замарав руки свои гнусным преступлением, заслуженно ослеплены в своём уме.

Посему подобает, отвергнувши практику сего народа, увековечить на все грядущие века празднование этого обычая в более законном порядке, который мы хранили с первого дня страстей Господних до сего дня. И да не будем иметь ничего общего с наивраждебнейшим иудейским сбродом. Мы приняли иной способ от нашего Спасителя. Для нашей святейшей религии открыт более законный и подобающий путь. Следуя по сему пути в единодушном согласии, давайте же избегать, мои достопочтенные братья, этого наигнуснейшего сообщества.

Итак, в высшей степени нелепо, что они надменно превозносятся, возомнив, что без их наставления мы не в состоянии надлежащим образом исполнять этот обычай. Ибо что могут разуметь верно те, кто после трагической смерти Господа, будучи обмануты и помрачены в рассудке, водимы необузданным инстинктом всюду, куда бы не подвигнуло их врожденное безумие. Оттого и в данной частности они не разумеют истины, пребывая в величайшем заблуждении, вместо того, чтобы своевременно поправить свое исчисление, они отмечают Пасху дважды в один и тот же (римский) год. К чему же нам следовать за теми, кто порабощен вопиющему заблуждению? Ибо мы никак не потерпим соблюдение Пасхи дважды в год.

Но если сказанное мною покажется недостаточным, то представляю вашей тонкой проницательности, путем усердия и молитвы, ни коим образом не допустить, чтобы чистота ваших умов осквернилась сообразованием, в чем бы то ни было, с обычаями подлейшего отродья. Кроме того, следует учесть, что всякие распри в деле подобной важности и в столь серьезном религиозном учреждении были бы в высшей мере преступными. Ибо Господь завещал нам один праздничный день нашего освобождения, а именно день Его святых страстей; и Ему было благоугодно, чтобы церковь Его была единой; члены которой, хотя и рассеяны по многим и различным местам, все питаются от единого Духа, который есть воля Божия.

Да не останется сокрытым от прозорливости вашей святости, сколь болезненным и непристойным было бы то, что некоторые претерпевали бы тяготы воздержания, а другие увеселяли себя пиршествами в один и тот же день; а после Пасхи одни бы ублажали себя праздничными увеселениями, в то время как иные посвящали бы себя соблюдению предписанных постов. Посему, мне думается, каждому следует уразуметь, что воля божественного провидения состоит в том, чтобы в сем отношении осуществить преобразование и следовать единому правилу. Ибо самой необходимостью продиктовано устранение этого недостатка, дабы нам не иметь ничего общего с деяниями сих изменников и убийц нашего Господа; так как порядок, соблюдаемый всеми церквями на Западе, а так же в южных и северных частях мира, и некоторыми из них на Востоке, представляется наиболее подходящим, то рассудилось в высшей степени справедливым и отвечающим общим интересам, и я дал себе слово заручиться вашей поддержкой в сем предприятии, а именно, что обычай, которому единодушно следуют в Риме и по всей Италии, в Африке и Египте, в Испании и Галлии, Британии, Ливии, по всей Греции, в епархии Азии, в Понте и Сицилии, был бы охотно одобрен вашим благоразумием, принимая во внимание не только то, что в выше названных областях расположено великой множество церквей, но так же и то, что в высшей мере религиозным и справедливым было бы всем прислушаться к тому, что представляется голосом разума, и не сообщаться с вероломными иудеями. Дабы подвести краткий итог всему сказанному, следует отметить, что по всеобщему рассуждению, представилось благоугодным, чтобы святейший праздник Пасхи отмечался в один и тот же день. Ибо не пристало в столь священном обряде допускать какую бы то ни было разнородность; посему лучше следовать тому решению, в котором удалось избежать соучастия в грехе и заблуждении других. В сложившейся ситуации охотно примите небесное и поистине божественное повеление. Ибо постановления святого собора епископов следует относить к божественной воле. Посему, объявив своим возлюбленным братьям написанное, вашим долгом остается принять и утвердить приведенные аргументы, и самое соблюдение святейшего дня; дабы когда я окажусь в вашем драгоценном присутствии, столь для меня желанном, я имел бы возможность в один день вместе с вами праздновать сей священный праздник, и всячески о том радоваться, видя, что коварство дьявола преодолено божественной силой при моем посредничестве, и что ваша вера, ваш мир и ваше единство повсюду процветают.

Да хранит вас Бог, мои возлюбленные братья.